А Б В Г Д Е З И К Л М Н П Р С Т У Ф Х Ч Ш  
Кимонко ДжансиКлипель ВладимирКононов ВикторКоренев ВладимирКузьмин ГеоргийКулыгин ПётрКучеренко СергейКялундзюга ВалентинаКомаров ПётрКабушкин НиколайКазакевич ЭммануилКазакова РиммаКовалёв ЮрийКозлов ГеннадийКомар ИринаКопалыгин БорисКостенко ИринаКостюк НатальяКохан Евгений

Кабушкин Николай

Кабушкин Н.

КАБУШКИН Николай Тихонович

Родился 30 ноября 1935 г. в г. Панфилове Талды-Курганской области Казахской ССР. В 1963 г. переезжает на Дальний Восток, где проходила его воинская служба. В Комсомольске-на-Амуре стал членом городского литературного объединения, позже руководил им. В 1963 г. на Всесоюзном поэтическом конкурсе «Наша Родина» удостаивается третьей премии. В 1967 г. вышла его первая поэтическая книжка «По земле хожу». Затем он пробует себя в прозе, отдельным изданием выходит маленькая повесть «Дичиха».

В 1970 г. Н. Кабушкин переезжает в Хабаровск, становится редактором книжного издательства, оканчивает Литературный институт. Издает поэтические сборники: «Большие деревья» с напутственным словом Егора Исаева, поэма «Резной карниз», «Вечные вершины», «Одинокая птица вселенной». Отдельные стихи поэта публикуются в коллективных сборниках, печатаются в зарубежных периодических изданиях Чехословакии и Японии.

Член Союза писателей СССР (России). Живет в Хабаровске.

КУДЕСНИК

Божественная музыка природы…
Старик был этой музыкой томим.
Всё замирало в мире. Только воды
Задумчиво катились перед ним.

Но ведал дед: природа тайны прячет,
И тайны эти он в себя вбирал.
И вновь, и вновь жалейку брал, как мальчик,
И, словно мальчик, он на ней играл.

И в небе детства солнышко всходило,
Перешагнув невидимый предел.
И девочка по ягоды ходила,
И мальчик по-над речкою дудел.

И за рекой кукушка куковала,
И землянику девочка брала.
Она его ещё не целовала,
Она безвестной девочкой была.

И он никак не мог понять, откуда
Вдруг у него седая борода…
Был стар и сед кудесник, но как чудо
Его держали детства невода.

И девочка в сиреневой жакетке
Зарёй на смутном берегу цвела.
И перепел к искуснице жалейке
Подстраивал свои колокола.

ЗИМА СОРОК ТРЕТЬЕГО

Будет — нет ли конец нашим бедам?
До чего ж ты, зима, холодна.
Собирается мама за сеном.
Ну куда же ты, мама, одна?
В лес мне ездить с тобою не внове
С той поры, как на фронте отец.
Мы сенца привезём на корове
Да из лесу прихватим дровец.
Не смотри на меня очень строго.
Не ругай, что поднялся чуть свет.
Велика больно к лесу дорога,
Но и я ведь большой — восемь лет.
Что ж, Бурёнка, поехали, что ли?
Сена нет. И дровец больше нет.
Бесконечное снежное поле…
Белый снег. Белый свет. Белый след.

* * *

Грохочут военные годы.
И нас не обходит война.
Мы дети. Мы знаем невзгоды,
Но в этом не наша вина.
Мы дети. Мы многое значим.
Мы встанем за землю свою.
Мы дети. Но мы не заплачем —
Солдаты не плачут в бою.
В нас есть неизбывная сила.
Нам души война обожжёт.
Воюет, воюет Россия.
Россия детей бережёт.
И веруя в слово «свобода»
Ужели мы сгинуть могли!
Мы дети большого народа.
Мы дети великой земли.
Сердцами мы к ней прикипаем.
Не выплачут матери глаз!
Мы дети. Но мы понимаем —
У них вся надежда на нас.

* * *

Прощай, родимая сторонка,
Иду в далекие края.
Но только песню жаворонка
Возьму с собой в дорогу я. 
Туда, где северные вьюги,
Где тундра, застругами лёд,
Чтоб в самый трудный час разлуки
Я слышал всюду: он поёт.
Чтоб в час суровый, час печальный,
От тихой родины вдали
Я помнил голос изначальный
Меня взлелеявшей земли.

* * *

Меня томит неведомая власть,
Власть севера моей груди коснулась.
Как будто предков умершая страсть
Через века в моей крови проснулась.

«Иди на север. Он без берегов.
А не постигнув первозданной страсти,
Твоя душа не ведает оков
Его любви. Его великой власти…»

* * *

Ветер полосы белые гонит,
И Хехцир в тёмных далях исчез.
Гром ударит. И чайка застонет.
И достанет волна до небес.

И над каменным дрогнет карнизом,
И лавина пойдёт, всё круша.
И потянется к огненным высям,
И зайдётся в смятенье душа.

И поднимет корявые сучья
К вихрям бьющимся каменный лес,
Где душа моя ищет созвучья
В огнеликом кипенье небес.

* * *

Утро. В просторной долине,
У пограничной реки,
На молодой луговине
Мечут стога мужики.

Пчёлы, стрекозы летают,
Ветер — порхнул и ушёл.
Липа ещё доцветает,
Бархат амурский отцвёл.

Возле зелёной дубравы
Утром работушка всласть.
В эти медовые травы
Мне ль с головой не упасть!

Мне ль не обнять эти рёлки!
С этой землёю мне цвесть.
Утренний крик перепёлки
В сердце навеки унесть.

РОССИЯ

Россия!
Где она кончается?
Найди конец —
Чтоб клином свет.
Россия в сердце начинается,
А в нём Конца и края нет.

* * *

Прекрасен свет небес. Когда в сиянье дня 
Упал он с высоты немой и огнеликой —
Он красоту твою, любимая моя,
Передо мной открыл до глубины великой.

Как будто я постиг движение светил —
От красоты твоей я замер, поражённый.
Но мир, что был вокруг, не меньше восхитил:
Лежал он, красотой твоей — преображённый.

И я увидел вдруг взволнованной душой:
Ты — соткала весь мир. И молнией пронзила.
И понял я тогда, что бездною самой
Дарована тебе божественная сила.

Небесная! С тех пор я на тебя молюсь —
Душе твоей, скажи, могу ли я не верить!
Но сколько я её постигнуть ни стремлюсь —
Прекрасной силы той мне не дано измерить.